Live Racing (liveracing) wrote,
Live Racing
liveracing

Примеры защиты

Оригинал взят у evo_lutio в Примеры защиты
Люди просят практических советов, как защищать себя от манипуляторов и вербовщиков разных мастей, если ты пока не такая уж автономная личность.

Но сначала хочу рассказать еще кое-что об автономии. Она формируется постепенно и на каждом этапе дает личности все больше и больше защиты. Давайте посмотрим на конкретных примерах, как это происходит.

Возьмем пару, Машу и Васю, или нет, пусть будет международное - Гертруда и Вадим. Вадим чувствует свою беззащитность на работе: кризис, компания трещит по швам, начальство его не уважает, на рынке труда такие как он не нужны, в общем, его профессиональная самооценка где-то в районе плинтуса, ну и деться некуда, нужно кормить семью и выплачивать кредиты. В личных отношениях – другая картина, Вадим от Гертруды почти не зависим, то есть кормить семью пока согласен, хоть и размышляет на предмет сокращения этого прокорма, а вот жить с женой уже не хочет, минусы совместного проживания давно перевесили плюсы, альтернатива вернуться к матери кажется очень заманчивой, во-первых, никто не будет выносить мозг, когда он после работы депрессирует с пивом на диване, во-вторых, есть на примете пару девочек, согласных встречаться, а жена в этом смысле давно надоела.

У Гертруды работы нет, но есть ребенок и зависимость от Вадима. В отличие от него, перспектива остаться одной пугает ее не меньше, чем Вадима - перспектива остаться без работы. Она настолько же низко оценивает свои шансы найти другого мужа, как и Вадим – свои шансы найти другую работу, то есть нелегко и будет в сто раз хуже. При этом от мысли оказаться брошенной с ребенком, ожидающей алименты и переживающей крах самооценки (во главе которой оценка Вадима), ее прошибает холодный пот. Почти такой же, как Вадима от мысли, что начальство объявит ему – свободен. Это и унижение, и будущая беззащитность, и кредитные долги, и крушение иллюзий своей значимости. При этом Вадим нужен своему начальству точно так же, как жена нужна Вадиму, то есть – со скрипом. И давайте, для равновесия рассмотрим еще мать Гертруды, которая зависит от нее так же, как Гертруда от Вадима, а Вадим – от работы.

Мать посвятила Гертруде всю жизнь, замуж второй раз не вышла, во всем себе отказывала, вырастила дочку так, как мечтала видеть себя, назвала Гертрудой как принцессу. И сейчас матери думать не о чем, кроме как о дочке, говорить с товарками не о чем, кроме как о ней, заниматься нечем, как только Гертрудой и внуком. Ну а Гертруда относится к матери примерно так же как Вадим к ней, а начальство Вадима к нему. Она ее терпит, но как Вадим хотел бы, чтобы жена стала незаметной и перестала долбать по мозгам вечерами, так и Гертруда хотела бы, чтобы мама ее только одобряла и поменьше «лезла» в ее дела, в ее отношения с мужем, в ее воспитание сына. Мать же почему-то хочет быть бессловесной няней так же мало, как Гертруда согласна быть бессловесной домработницей Вадима. Она все время тянет одеяло на себя, пытается что-то навязывать, а помогает очень мало и всегда не так, как хочет Гертруда. В общем, начальство тоже считает, что Вадим – так себе работник и вносит в коллектив конфликты.

Все три героя этой истории – готовые жертвы манипуляторов, которые предложат им нечто, что создаст иллюзию бегства от проблем. Вадим может оказаться в какой-нибудь партии, которая объяснит ему, что в его беде виновата власть, и в одиночку он эту беду не решит. Либо, наоборот, партия расскажет, что он унижет и забит, потому что виноваты буржуины. Либо это будет не партия, а тренинг личностного роста, где Вадиму расскажут, что ему нужно прокачать самооценку, прямо на тренинге и прокачать, вдали от работы. В общем, все равно, что предложат Вадиму, главное, чтобы поддержка группы закрыла его собственную дыру, и он бы почувствовал себя более устойчиво. Ощутив это состояние, он придумает множество доводов в пользу идеологии этой группы, столько доводов, насколько хватит его интеллекта. И далее он будет все время думать о своей группе, и на работе, и дома на диване, потому что эти мысли будут его утешать и энергетически немного подкармливать. И время свободное он будет проводить во взаимодействии с этой группой, потому что это защищает его от стресса. Жена и ее мать будут считать, что Вадиму промыли мозги коварные манипуляторы, хитроумно взломав его мозг.

Точно так же как Вадим жертвой коварных людей может оказаться и Гертруда, и ее мать, ведь в их жизни тоже есть страх и чувство беспомощности, они тоже нуждаются в поддержке. Но почему это будут именно коварные люди? Потому что необходимо определенное коварство, то есть соображения собственной выгоды, чтобы один человек стал окучивать другого и оказывать ему «безвозмездную» поддержку. Иногда такая выгода осознается как «желание добра». Большинство сектантов не думают при вербовке новых членов о том, что они алчные ловцы душ. Они думают, что совершают дело, благое с двух сторон: увеличивают силу своей прекрасной и доброй организации и делают ее влиятельней, и помогают потерянным людям обрести смысл и цель. Коварство – обратная сторона такого блага, которое навязывается личности.

А теперь представим, что трое этих бедных людей, наполовину пойманных в сети мошенников (хотя в жизни вряд ли все члены семьи оказались бы в таком положении, скорее оказался бы один, а остальные его пытались бы тянуть обратно – в его депрессию, уговаривая, что там лучше) внезапно увеличили свою автономию. Не будем придумывать, что они стали вдруг сильными зрелыми личностями, нет, всего лишь слегка увеличили автономию.

Предположим, наш Вася, то есть Вадим, уже посещает партийные тусовки или собрания активистов, в реале и в сети, чувствует там свою нужность, обретает высший смысл и ясный взгляд на реальность, как ему кажется, и вдруг на работе выясняется, что срочно нужно развивать новое направление и для развития этого направления необходимы навыки, которыми владеет только Вадим. Предположим, его компания продавала элитный кофе, а теперь решила продавать еще и дешевый чай, а он как раз из чайной компании когда-то перешел, и в дешевом чае разбирается лучше всех в своей компании, то есть совмещает то и другое в одном себе. И в силу этого это не только увольняют, но и дают повышение, и зарплату и возможности, и работать становится интересней. Вы думаете, Вадим продолжит так же страстно посещать собрания своей партии и с той болью и обидой размышлять о судьбах народа? Он останется таким же внушаемым и будет поддаваться агитации так же охотно? Совсем нет. Возросла его стрессоустойчивость и чувство самоуважения на работе (в приоритетной для него области, где у него была основная дыра стресса), снизилась потребность в групповой поддержке.

Гертруда пристрастилась играть в онлайн игру. Там она красивая и смелая принцесса, а ее напарники любят ее и понимают и выглядят как смелые и красивые принцы. Теперь ей не так страшно потерять Вадима, она уже не погибнет, если он уйдет. Стресс прикрыт. У нее есть игра, и она все чаще экономит на хозяйственных нуждах и покупает за деньги новое оружие и платья. Само собой, надеясь отыграться и даже заработать. Гертруда совсем уже почти превратилась в зависимого геймера, только и живет ради моментов игры, как вдруг… Вдруг – это математическая условность в нашей модели. Происходит нечто, что дает ей в реальной жизни немного больше автономии. Например, появляется друг детства и оказывается, что он всегда был влюблен в Гертруду. К другу детства от мужа и отца ребенка Гертруда уходить не хочет, однако самооценка ее поднимается, и она начинает смотреть на себя другими глазами. Например, она смотрит на себя в зеркало, и видит там не поплывшую после родов тетку с дебелым лицом, а почти мадонну Рафаэля. Все, что она ненавидела в себе последнее время, начинает ей нравиться. Выясняется, что она хотела все время есть от стресса, связанного с недовольством своим телом. Теперь волчий аппетит прошел, она стала худеть и потянуло заниматься физкультурой. На Вадима она перестала кидаться, стала смотреть дружелюбней, как и подобает, на ее взгляд, очень красивой и востребованной у мужчин женщине, которую все любят. Вадим, заметив перемены, все чаще стал любоваться ею и думать о том, что жена у него красивая и характер норм. Узнав, что друг детства накручивает вокруг жены круги, Вадим сначала обиделся и как всегда подумал, не уйти ли к матери гордо и презрительно, но потом присмотрелся к ситуации и рассудил, что жена этого типа не любит, внимания на него не обращает, поэтому нужно наоборот не сбегать, а сблизиться с ней. И стал сближаться. Будет ли в этих условиях Гертруда такой же фанатичной геймершей или роль нарисованной принцессы ей уже как бы и незачем?

Мать Гертруды, уставшая от постоянных ссор, обвинений и упреков, что она всегда была плохой матерью и прожила бессмысленную жизнь, подалась в религиозную секту. Там ей дают ответы на все вопросы и она больше не чувствует себя зря коптящей небо, жизнь обрела подлинный смысл. Она поет какие-то мантры, участвует в собраниях, продает на улице какие-то книжки, стала носить платок. И вдруг! Молодая соседка, увидев, какую вазу она сделала из банки, восхитилась и попросила сделать еще три. А потом создала группу в соцсетях и эти авторские вазы стали нарасхват. Неожиданно для себя мать Гертруды узнала, что она талантливый дизайнер и ее нелепые поделки очень нравятся молодежи, моложе ее дочки. Она почувствовала себя не консервативной дурой, как ей внушала Гертруда, а очень актуальной и творческой. Гертруда и сама обалдела от такого успеха, пригляделась к вазам и ей стало очень стыдно, что она сама раньше не заметила, насколько поделки матери хороши. Будет ли мать посещать собрания так часто? Да, она может подумать, что успех принес ей Бог и связать изменения жизни с участием в секте, однако, находиться там, как раньше, она не сможет. У нее возникнут идеологические конфликты с теми, кто не считает ее вазы важными, кто хочет видеть в ней такую же несчастную и зависимую как раньше.

Разница между обычной жизнью и нарисованной моделью в том, что в жизни «вдруг» не бывает. Вдруг в жизни появляются только ловцы душ, сектанты, манипуляторы и вербовщики, желающие использовать потерянного человека (спасти его, да, но с пользой для себя). Но почти никогда в жизни не появляется вдруг нечто, заставляющее пробуждать в пассивном человеке активное начало. Все побуждения появляются, когда человек уже и сам активен. То есть Вадим, нырнувший в активизм, быстрее потеряет работу, поскольку будет уделять ей еще меньше внимания, чем раньше, а так как работал он плохо и начальству не нравился, снижение его внимания приведет к решению его уволить. Точно так же Гертруда, став геймершей, вызовет только окончательное презрение мужа, а мать, став сектанткой, лишь усиление ненависти дочери. Новое полезное из ниоткуда и как раз такое, какое уже подходит человеку такому, как он есть, без изменений, обычно не берется. Зато человек сам может подумать, чему такому новому научиться, какое новое направление придумать, как себя перестроить, чтобы появилось нечто новое и выросла его актуальность. Понятно, что для этого тоже нужна энергия, и ее нужно искать.

Во всех описанных "вдруг" автономия личности не стала полной, ни Вадим не превратился в интегрированную личность, ни мать Гертруды, ни тем более Гертруда, они просто получили небольшую внутреннюю опору, сделав ее из удачно подключенной внешней. То есть новое направление на работе – внешний ресурс, а интерес и выросшая профессиональная самооценка Вадима – внутренний. Любовь друга детства – внешний ресурс, а осознание Гертруды, что она красивая и полный контакт со своей телесностью – внутренний. Желание соседки купить три вазы – внешний ресурс, а понимание матери Гертруды, что она может и хочет делать сотни разных ваз, и эти вазы хороши – внутренний ресурс. Можно было бы поменять всех участников местами, то есть Вадим получил бы любовь подруги детства, Гертруда – предложение делать вазы, мать – новую работу, и это тоже могло бы сработать в какой-то мере, но меньше, поскольку лучше всего и быстрее всего работает ресурс, закрывающий дыру в приоритетной сфере. Я описала традиционные дырки для типичной семьи. Однако, это не значит, что мужчина не может страдать от краха семейной жизни, а женщина от фрустрации на работе. Еще как могут. И точно так же могут быть уязвимы для тотального влияния со стороны.

В описанной мною сказке сказочным является лишь вторжение добрых сил. Добрые силы никуда никогда не вторгаются, они притягиваются самим человеком, активно, в собственную жизнь. То есть Гертруда и без появления друга детства могла бы начать заниматься своим телом, раз недовольство им доставляло ей стресс. Вадим мог бы начать обучение чему-то, связанному с работой. Мать Гертруды искать для себя каких-то творческих занятий, чтобы наполнить свою опустевшую после отделения Гертруды жизнь. Но человеку с дырой стресса (см. Энергетическая яма, о которой мне многие пишут и просят продолжения) очень сложно начать что-то новое. Он все время теряет энергию и поэтому часто катится вниз. Взять и полюбить ненавистное тело без активной подачи энергии извне так же сложно, как взять и заставить себя радостно учиться или творить, когда ты задавлен низкой оценкой авторитетных для тебя людей. Поэтому энергию необходимо сначала добыть в какой-то сфере, а потом вложить в проблемную. Либо по чуть-чуть наскребать везде, буквально по сусекам, как в сказке о Колобке.

Это лучший практический совет, который я могла бы дать, в качестве защиты от манипуляторов: закрыть свои дыры. Как закрывать, я буду писать и дальше. Наверное.

Как защищаться тем, кто дыры закрыть не может, я тоже попробую рассказать, ради любви к искусству манипуляций. Но смысла в этом не очень много, если честно.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments